Визуальное искусство

Нана Эси
о визуальной айдентике
лейбла Stroom

Нана Эси является частью дизайн-студии Atelier Brenda, в портфолио которой числятся проекты в области сценографии, графического дизайна и креативного дирекшена, а среди клиентов — брюссельский культурный центр Beursschouwburg, нью-эйдж музыкант Laraaji, лейблы Lullabies For Insomniacs, Aguirre & Onderstroom Records, а также гей-вечеринки SPEK и фестиваль Full Moon Healing.

Особое место в этом списке занимает лейбл Stroom, для которого Нана на протяжении многих лет разрабатывает характерный визуальный стиль. По ее мнению, узнаваемость — вовсе необязательное условие для лейбла. Юмор и самоирония, небольшая примесь ностальгии, а также гибкость и непостоянство — вот главные составляющие ДНК Stroom, которые выделяют его среди других.

А как это определяет ваш дизайн-процесс?

Стрелец — это тот, кто исследует. Он всегда жаждет знаний и ищет новую почву для экспериментов. Стрелец пускает из лука стрелу и отправляется на ее поиски. А дева заботится, ищет баланс, фокусируется на отношениях. У нас очень много интересов и нам нравится собирать информацию, углубляться в ее историю и содержимое. Кроме того, мы постоянно архивируем разные материалы, делаем выборку тех вещей, которые резонируют с нами, а затем комбинируем их с нашей индивидуальностью и актуальной эстетикой.

Логотип Stroom: Дитер Дюринк

Параллельно с деятельностью в Brenda ты также сотрудничаешь с лейблом Stroom. Расскажи, как все началось?

Все началось с того, что мой партнер Зигги Девриндт, он же Nosedrip, хотел открыть радио. В то время у него было шоу на Mixcloud с большим количеством слушателей. Оно служило постоянной платформой для его мрачных музыкальных находок. Идея собрать вместе нескольких друзей-задротов для создания стримингового музыкального сайта в конечном итоге переросла в экспериментальную мультимедийную онлайн-платформу Stroom.tv. Платформа не предполагала вовлечение пользователей — только просмотр и прослушивание. Мы стали хорошими друзьями, проводили время вместе и меня тотчас же привлекла эта непостижимая концепция с неограниченными возможностями.

Stroom.tv было телестанцией из-за ее визуально-развлекательных особенностей. Мы придумывали визуальные материалы каждый день. Многие из них рождались из шуток в студии, когда мы накуривались, бездельничали и создавали концептуальные коллажи из моих изображений.

Stroom.tv было телестанцией из-за ее визуально-развлекательных особенностей. Мы придумывали визуальные материалы каждый день. Многие из них рождались из шуток в студии, когда мы накуривались, бездельничали и создавали концептуальные коллажи из моих архивов изображений.

У каждого из нас был архив, который мы стремились изучить ради забавы и главной цели — обучения онлайн-пользователей в непринужденной форме.

В рамках лайв-шоу в студии, музыканты предоставляли нам материалы, а иногда просто объясняли на словах и предлагали свои идеи. Именно с этого мы начинали. Все необходимо было делать очень быстро. Предположим, создание визуальных материалов занимало у меня от 5 минут до получаса. Я просто скидывала все сохраненные картинки в одну композицию и начинала с ними работать. Тогда не имело значения откуда брались эти картинки — было важно поместить их в новый контекст и сделать узнаваемыми.



Чем ты руководствуешься сейчас, когда работаешь, к примеру, над дизайном обложки?
Когда я закончила учебу, радио уже существовало год. Какое-то время я работала в рекорд шопе вместе с Зигги. Мне нужно было заказывать пластинки в алфавитном порядке, а это значило, что я должна была работать максимально быстро. Там я осознала ценность информации и читабельной типографики.



Чем ты руководствуешься сейчас, когда работаешь, к примеру, над дизайном обложки?
Когда я закончила учебу, радио уже существовало год. Какое-то время я работала в рекорд шопе вместе с Зигги. Мне нужно было заказывать пластинки в алфавитном порядке, а это значило, что я должна была работать максимально быстро. Там я осознала ценность информации на обратной стороне пластинки и типографики, которая удобно читается на расстоянии вытянутой руки.

Мы на раннем этапе решили, что не хотим создавать непонятные, нечитабельные объекты, которые канут в небытие после того, как перестанут быть актуальными. В основном, мы занимаемся переизданиями, поэтому часто сталкиваемся с неконкретной информацией и иногда требуется время, чтобы склеить все это вместе. Соответственно, создание чего-то абстрактного может навредить цели исследования и его содержимому.

Хочу поговорить об одной пластинке, которая меня особо заинтересовала — Pablo’s Eye «Spring Break». На обратной стороне конверта ты использовала изображение рыбы. Это работа приглашенного художника?

Это очень личный дизайн. Музыканты Pablo’s Eye изучали мои работы еще до того, как мы встретились. Они — смешанная пара. Аксель, основатель группы — белый, а его жена Мари частично из Конго и она — метис. Мои родители тоже были смешанной парой. Мой папа темнокожий, а мама — белая, поэтому с самого начала у нас с музыкантами сложились личные отношения. Они предложили делать все, что мне вздумается и даже были за то, чтобы поместить мою фотографию на обложку. Я начала экспериментировать с этим, но чувствовала дискомфорт.

В период работы над этой пластинкой, у меня умер отец. Это было в 2017 году и для меня это стало временем самоанализа. Было очень сложно, но я продолжила и решила использовать возможность, чтобы посвятить обложку родителям. В общем, это мои родители на ней. Я просматривала их фото и случайно выпали именно эти две фотографии. Я удивилась, потому что никогда не видела такие снимки своих родителей. Я отсканировала их и начала работать с эффектом прозрачности. Затем я случайно поместила фотографии друг на друга и получилось то, что вы видите сейчас. На обратной стороне — рисунок рыбы, который я нарисовала в детстве. Он является  символической отсылкой к моим родителям и ко мне, потому что мой знак зодиака — Рыбы. Так совпало, что Аксель тоже Рыбы. Для него и Мари это стало большой честью и они были очень тронуты. Конечно же, это одна из самых любимых обложек и действительно очень особенный релиз.

Помню, была еще одна пластинка от Pablo’s Eye, на обложке которой ты использовала фотографию.

Да, это второй релиз — «Bardo For Pablo». И это я на фото. В этот раз эта идея показалась мне более уместной. Я хотела продолжить символическую историю с помощью фотографии, потому обложки Pablo’s Eye были первыми исключительно фотографическими альбомами, созданными по одному шаблону. Я решила не использовать изображения музыкантов и сохранить таинственность в их отношении, так как Pablo’s Eye — это не только один или два человека, они также могут быть группой разных людей.

Фотография для третьего релиза Pablo’s Eye «Dark Matter» сделана дуэтом фотографов — Мартеном Александром и Софи Миддернахт. У них интересное портфолио и очень личный и экспериментальный подход к фотографии. Я думаю, ближайшие годы будут значимыми для них в карьерном плане.

Есть множество лейблов, которые стремятся создать узнаваемый визуальный стиль. Мне интересно узнать, есть ли у тебя какая-то позиция по этому поводу?

Мы с Софи не любим повторяющиеся вещи. Я очень уважаю дизайнеров, которые способны создать узнаваемый визуальный язык. Мне казалось, что нужно быть таким дизайнером, но я — полная противоположность, и это касается всего в моей жизни. Мне важно менять ритм вещей. Я интересуюсь многими аспектами жизни, искусства, духовности, я буду всегда искать связи, исследовать и пытаться выделить квинтэссенцию из всего этого. Мы живем в мире, в котором нет одного ответа, и я хочу транслировать эту философию.

Как думаешь, что может сделать дизайн уникальным? Раз мы говорим про Stroom — что делает его особенным?

На это нет однозначного ответа. Бренда появилась естественным образом, но за ее персонажем стоит идея — это ее семиотический скелет. А после ты начинаешь дополнять его кожей, одеждой, макияжем, понимаешь? Единственное, что я могу сказать про Бренду в контексте Stroom — она девушка. В какой-то мере она гибкая и постоянно меняется, ее сложно уловить. Она будет преображаться каждый момент, каждый день, от релиза к релизу. В случае с лейблом, она будет исследовать и порой заимствовать идентичность артиста. Думаю, именно это делает Stroom уникальным и особенным.

Какую роль в твоем дизайн-процессе играют личные взаимоотношения с артистом?

У каждого артиста свои особенности характера. Иногда вы сходитесь, как в случае с Pablo’s Eye или с самым первым артистом Алленом Пьером, который записал саундтреки к бельгийскому анимационному фильму, а иногда особой связи не происходит. Так получилось, например, с Алленом Неффе и его пластинкой «An Introduction Into The Insane World Of Alain Neffe» — компиляцией треков из его старой кассетной дискографии. Это был мой второй дизайн пластинки и он был наиболее согласован с его предыдущими работами в эстетическом плане. Мне понравилось создавать все вручную и использовать принты, напечатанные на ксероксе, аналогичные тем, что он создавал своими силами в 80-х. Но, в конечном итоге, он был меньше всего доволен релизом. Отчасти потому что Аллен — старый сварливый мужик. Я верю в то, что невозможно сделать всех довольными. Нужно всегда оставаться верным индивидуальности и быть уверенным в своей идее. Если вы будете спрашивать слишком много мнений, то собъетесь с пути и разочаруетесь, а ваш дизайн, определенно, станет безликим.

С какими еще интересными проектами ты работала в последнее время?

В период с 2012 по 2014 год мы занимались в основном сценографической работой. Большинство проектов по организации пространства мы делали в Бельгии — это были культурные инициативы: фестивали кино или музыки, выставки. Но также мы создавали декорации для вечеринок.

Мы с Софи познакомились, когда тусовались вместе и все началось с этой идеи: «Почему есть только диджей и музыка? Почему бы нам не сделать что-то большее?».

Мы с Софи познакомились, когда тусовались вместе и все началось с этой идеи: «Почему есть только диджей и музыка? Почему бы нам не сделать что-то большее?».

В самом начале мы работали с Зигги и одним из наших проектов был нью-эйдж фестиваль под названием Full Moon Healing, в рамках которого проделали огромную работу. Full Moon Healing — это коллаборация между разными группами: Stroom, Atelier Brenda, Cirq, Social Harmony, DOK и так далее. Мы, как Atelier Brendа, заполнили пространство предметами искусства — шторами для ванной, на которые наносили шелкотрафаретные принты, мини созвездиями, большими разрисованными камнями, маленькими алтарями, библиотекой книг и всяких нью-эйдж штук, пригласили экстрасенса. В этом всем было что-то волшебное и блаженное. В тот вечер даже сошлась одна пара, они поженились и до сих пор вместе.

Кроме того, мы делали дизайн кассеты для Laraaji, оформили релиз Tristan «Delidomia», я создала несколько обложек для Lullabies For Insomniacs, Onderstroom Records, Aguirre Records, а еще была Jane Third из Великобритании, которая попросила нас сделать логотип для ее лейбла — это всего лишь некоторые примеры.

Фото Laraaji: Седрик Бардавиль

Мне кажется, Laraaji очень близок вам по духу. У тебя был бриф?

Да, оранжевый. Также, Седрик Бардавиль, парень, который выпустил его кассету «Vision Songs Live At Brilliant Corners», хотел поработать с ризографом и получить эффект свечения. Мне нравится, как у нас получилось транслировать это свечение. Мы начали со шрифтов, которые были резкими, с множеством засечек, а потом перешли к цвету и скомбинировали все это вместе. Иногда интересно работать с базовыми цветами, потому что ты можешь больше сфокусироваться на композиции и шрифтах.

Да, оранжевый — важное условие для Laraaji. Ну и напоследок — есть ли еще какие-то медиумы, которые ты хотела бы исследовать?

Книги. Я часто покупаю книги и журналы. Мне нравится тот факт, что их можно пощупать, а также, что тебе дана не просто задняя передняя сторона, но и внутренняя. Я экспериментировалa с этим раньше, но никогда не оформляла печатные издания от начала и до конца — это был бы очень интересный проект. Еще один медиум — веб-дизайн. У меня есть много разных идей, потому мне было бы интересно исследовать эти возможности в паре с дизайнером-разработчиком.